Колыбельная для любимой

       Все, кто их знал, считали этот союз парадоксальным. Они даже внешне были абсолютно разными. Она - высокая, невероятно красивая женщина, уверенная в себе, занимающая в престижной фирме  большую  и ответственную должность, с которой успешно справлялась. Он был больше похож на потрепанного воробья, с виноватой улыбкой неудачника. Она могла надеть джинсовую юбку, забрать волосы в пучок, и все  равно оставаться яркой и заметной. Он, одетый в костюм от Кардена, рядом с ней был похож на случайного спутника, который мог  только еще острее оттенять ее индивидуальность.

     У женщин есть много способов и ухищрений завуалировать недостатки и подчеркнуть достоинства. Маленькая грудь? Можно сделать накладную. Некрасивые ноги? Есть выход: брюки! Умелый макияж способен скрыть массу дефектов. А что делать мужчине? Компенсировать недостатки во внешности можно всего одним способом. Но опять это не каждому дано. Как быть? Надо быть умным и добрым. Умный, открытый, чуть наивный  взгляд  добрых глаз может свести с ума почти любую женщину! Почти!

      Он был понимающим,  невероятно добрым и терпеливым.

      Когда эта пара стала жить вместе, никто не сомневался, что это ненадолго, что пройдет ее блажь, и они разбегутся в разные стороны. Ведь рядом с ней столько завидных женихов, которые глотают слюнки,  глядя на эту роскошную, умную и успешную женщину.

      Но прошло четыре года, а в их отношениях ничего не изменилось. Она, по-прежнему, была главным «добытчиком» в семье. Его зарплаты едва хватало ей на колготки. После работы, когда она просила водителя персональной машины остановить возле магазина, чтобы забежать за продуктами, последний невольно изумлялся  ее поведению. С ее положением и зарплатой можно было каждый вечер ужинать в самом дорогом ресторане, или, принимая многочисленные приглашения навязчивых поклонников, самой выбирать места для ужина. Но вопреки всем мнениям, она торопилась домой с полными сумками продуктов. И никто в целом свете, в том числе  она сама, не смогли бы объяснить, зачем ей это надо.

      Приходя поздно вечером домой, она ставила тяжелые сумки на пол, присаживалась на маленький стул в огромной прихожей напротив большого зеркала, и критически рассматривала себя, с удовлетворением замечая, что она нисколько не изменилась внешне. Он подходил с виноватой улыбкой, и, не говоря ни слова, снимал с нее сапожки, надевал мягкие комнатные тапочки, помогал снять пальто и на руках относил в комнату, где усаживал в огромное кресло, укрывая теплым пледом. Потом шел мыть ее обувь. После чего открывал кран, наполняя ванную с душистым шампунем. Она сидела отрешенная, усталая после трудного дня и бессмысленно смотрела на экран телевизора, где в новостях часто мелькало ее запоминающееся лицо. А он тихо, почти крадучись, подходил к ней с тарелкой овощного рагу, которое она просто обожала, и начинал кормить, как маленького ребенка. Через полчаса он раздевал ее и нес в ванную. Она никогда не сопротивлялась его действиям. И никогда не смогла бы объяснить, почему у него, безмолвного и, казалось бы, послушного, такая власть над ее сознанием, желаниями и телом. Она, разомлевшая, лежала в розовой пене, с закрытыми от удовольствия глазами, и была вполне счастлива, что  рядом находится, человек, способный без слов угадывать ее желания. Что еще надо для счастья? Возможно, ребенка! Он несколько раз, не очень уверенно, говорил об этом, но она не решалась на такой ответственный шаг. Вот и сейчас, она краем глаза посмотрела на свое красивое тело и подумала, что рождение ребенка может испортить ее фигуру.

- Еще успеем! – вслух сказала она.

     Он кивнул головой, понимая, что она имела в виду, после чего прикурил длинную, тонкую сигарету с ментолом и дал ей затянуться несколько раз. Она блаженно, с благодарностью,  прикрыла глаза. Затем, он включил душ, намылил ее упругое тело душистым гелем, долго смывал накопившуюся  усталость, а потом отнес на кровать. Через минуту она крепко спала, подложив под розовую щечку теплую ладошку.  Еще какое-то время он смотрел на любимую женщину, пытаясь угадать, что ей снится в этот момент, и тихо напевал колыбельную песню, которую она, конечно, уже не слышала:

                          - Будет сниться в ромашковом поле

                            В бирюзовой речушке камыш,

                            И под солнечным этим раздольем

                            По росе босиком ты бежишь.

                            Месяц звездные шторы колышет,

                             Светом тихим касается крыш,

                             Жаль, ты песню мою не услышишь,

                             Потому что давно уже спишь.

       Потом он шел на кухню мыть посуду, приводить в порядок ванную комнату и разбирать сумки, чтобы рано утром приготовить ей завтрак. Закончив с делами, он садился за стол и что-то, долго обдумывая, писал.

         Когда поздней ночью он ложился спать рядом с ней, она,  не просыпаясь, медленно поворачивалась к нему и ласково обнимала его, что-то бормоча сквозь сон. А он лежал рядом, не шевелясь, боясь потревожить ее.

      В будние дни, просыпаясь утром, она точно знала, что завтрак уже готов, ее деловой костюм лежит на кресле, сапожки на привычном месте, а ей остается только встать, принять утренний душ, позавтракать и спуститься к подъезду, где будет ждать персональный  автомобиль. Она целиком была сосредоточена на карьере, работе и самой себе. Ее мало интересовало, чем занимается он. Считала, что все у них хорошо. Достаток в доме она обеспечивала, позволяла себя любить, ему не изменяла. Иногда они ходили на концерты, презентации, в рестораны. Отдыхали на престижных курортах. Что еще можно было пожелать? Жизнь шла своим чередом.

      Выходные она посвящала самой себе. Просыпалась очень поздно, не беспокоясь, что ее кто-то разбудит. Долго лежала в постели, наслаждаясь сознанием, что никуда торопиться не надо. Не поднимаясь с кровати, включала телевизор и смотрела все подряд до тех пор, пока не появлялся он, приглашая к завтраку. Часто она забавно и капризно морщила нос, и тогда он приносил завтрак ей в постель. Потом она еще какое-то время не желала подниматься, он брал ее на руки и, словно маленького ребенка  нес под душ. Но и тогда она оставалась безучастной, продолжая в шутку капризничать. Эта игра забавляла обоих. Так ей казалось. После обеда они вместе шли на прогулку, после чего, не заходя домой, она шла на занятия по фитнесу. Надо было поддерживать  себя в форме. А он терпеливо ждал ее у входа на скамейке, что-то записывая в блокнот, с которым почти никогда не расставался.

Продолжение следует от количества комментарий.